В предыдущих статьях мы уже рассмотрели понятие буллинга, условия его возникновения, формы и виды травли. Теперь рассмотрим участников буллинга.
Феномен травли отражает столкновение нездоровых психологических позиций, описанных в концепции транзактного анализа, и упрощенно их можно выразить следующим образом: "Я плохой, ты хороший" (это скорее будет позиция жертвы), "Я хороший, ты плохой" (возможная позиция агрессора), "Я плохой, ты плохой" (позиция безнадежности). И лишь одна позиция является здоровая: "Я хороший, ты хороший". Эта позиция строится на взаимном уважении, на признании ценности личности. В травле все участники действуют из первых трех позиций. И они, конечно же, будут разрушительными.
Взаимосвязь жертвы-преследователя-спасателя показана в модели треугольника Карпмана (драматический треугольник). Коварство буллинга в том, что роли участников могут меняться. Агрессор может становиться жертвой, спасатель может становиться обвиняемым. И это не будет разрушать травлю, это лишь ее будет поддерживать. Агрессору нужна жертва для подтверждения своей силы. Жертва невольно закрепляет эту динамику, а спасатель часто усиливает беспомощность, и разорвать этот порочный круг можно только переходом здоровую позицию "Я хороший, ты хороший". Помимо ролей преследователя, жертвы и спасателя в буллинге также есть роль наблюдателя. Именно молчаливая позиция наблюдателей является скрытой поддержкой, которая часто становится механизмом, который придает буллингу устойчивость и силу.
Роль жертвы. Жертва – это не приговор, это состояние, в котором может оказаться абсолютно любой человек. Мишенью часто становится тот, кто выделяется: внешностью, особенностями здоровья, поведения и т.д. Как ни парадоксально, я это уже отмечала, жертвой может стать успешный человек. Получив поддержку, жертва сама может стать агрессором. Этот человек потом может вымещать накопившуюся боль на окружающих его людей.
Роль преследователя. Агрессором, обидчиком, преследователем часто является тот, кто сам был жертвой. Он усваивает модель насилия, пытаясь вернуть ощущение контроля. Иногда так проявляется стремление к лидерству при отсутствии конструктивных стратегий. В детстве у преследователей часто отсутствуют доверительные отношения с родителями. За внешней агрессией зачастую мы найдем глубокое неблагополучие, эмоциональную пустоту, подавленные, невыраженные чувства. Нередко агрессоры подвержены депрессиям и суицидальным рискам.
Роль наблюдателя. Наблюдатели – это не фон, это большинство. Их молчание – мощный катализатор травмы. Наблюдателями могут быть и дети, и взрослые, и педагоги, и коллеги, которые из-за страха, бессилия или же при выгорании предпочитают не вмешиваться. Мотивы поведения наблюдателей неоднородны. Их можно разделить на три ключевые группы. Это могут быть нейтральные наблюдатели, то есть "это не мое дело". Своим бездействием они фактически дают молчаливое согласие. Следующая группа – провоцирующие наблюдатели. Это скрытые подстрекатели, и они косвенно могут помогать агрессору, получая свою выгоду: развлечение, чувство принадлежности к сильной группе. Также своими действиями они могут пытаться обезопасить себя, "подкармливая" агрессора и направляя его гнев на другого. То есть они фактически руками агрессора делают то, что хотят сделать сами, но не решаются. Есть еще сочувствующие наблюдатели. Это безмолвные союзники жертвы. Они испытывают сострадание к жертве, могут испытывать стыд за происходящее, но при этом они не вмешиваются, потому что они боятся занять место жертвы. При этом они даже могут себя убеждать, что жертва сама виновата, для того, чтобы снизить свой внутренний дискомфорт. Общая особенность наблюдателей – это страх стать следующей мишенью.
Роль спасателя. Спасателем может быть учитель, родитель, более сильный сверстник, кто-то из сиблингов, коллега на работе и т.д. Спасатель часто действует авторитарно: он угрожает, наказывает, давит, запугивает. На самом деле это тупиковый путь: спасатель борется с последствиями, а не с причиной, спасатель использует язык силы так же, как и агрессор. Спасатель сам может легко становиться преследователем.
Роли, которые проигрываются в травле (жертвы, преследователя, спасателя, наблюдателя) редко возникают на пустом месте. Часто это глубинное воспроизведение сценария, усвоенного в детстве, особенно в ситуациях родительских конфликтов или разводов. Ребенок, оказавшись в эпицентре взрослого противостояния в семье, бессознательно занимает одну роль. Это может быть роль спасателя, который будет пытаться примирить родителей или защитить одного из них. Это может быть роль агрессора, который будет провоцировать конфликт, чтобы выразить боль и т.д. Ребенок может быть жертвой. Он может страдать молча, чувствуя вину за происходящее. Также ребенок может быть наблюдателем, который замирает, стараясь стать невидимкой. Все эти бессознательные решения, принятые в детстве, формируют жизненный сценарий. Повзрослев, человек автоматически переносит усвоенную роль на другие конфликты: в школе, в семье, на работе, а также передает сценарий уже следующим поколениям. Буллинг становится мощным триггером, запускающим ту старую знакомую схему реагирования из детства. Понимание этой связи – ключ к глубокой работе.
Тема работы с буллингом и его последствиями раскрывается в курсе Института ЭОТ Н.Линде "Особенности ЭОТ в применении к работе с детьми и подростками".
По материалам теоретической части открытого мастер-класса "Системный подход к феномену буллинга: методы коррекции и профилактики" Олеси Дробининой.