Этот цикл статей будет посвящён теме перинатальных потерь - неблагополучным исходам беременности. К ним относятся: выкидыши, аборты, замершая беременность, ранняя смерть ребёнка в младенчестве, а также неудачные попытки ЭКО.
С этим запросом к психологу напрямую обращаются редко. Чаще тема перинатальной потери проявляется, когда мы исследуем первопричины других состояний и жалоб. Запросы могут быть самыми разными. В моей практике это: панические атаки, депрессивные состояния, тревожно-фобические расстройства, психологическое бесплодие, трудности во взаимоотношениях в паре, отсутствие партнёра, сложности во взаимодействии с детьми, когда дети уже есть и т.д. Даже такой на первый взгляд обычный запрос, как повышенная раздражительность, порой выводит нас на тему перинатальных потерь.
Аборт по субъективной интенсивности переживаний и по силе болезненных последствий для женщины нередко оказывается наиболее тяжёлым вариантом перинатальной потери.
Постабортный синдром: история понятия и доступные источники
Понятие постабортного синдрома впервые было описано Винсентом Ру в 1981 году. Литературы по теме действительно немного, однако она существует: есть отдельные статьи и практико-ориентированные издания, в том числе книга Терезы Бёрк «Запрещённые слёзы». В последние годы в Москве начали появляться терапевтические группы для женщин, позволяющие безопасно соприкасаться с этим опытом. Это важный шаг, поскольку в реальности женщины нередко остаются с переживанием потери один на один.
Незапланированная и нежеланная беременность: в чём разница
В исследованиях принято различать незапланированную и нежеланную беременность. Незапланированный ребёнок не обязательно является нежеланным: у многих женщин после родов относительно быстро формируется так называемая материнская доминанта, усиливается эмоциональная привязанность, и первоначальная растерянность или стресс, связанный с обстоятельствами, постепенно снижаются. По мере принятия ребёнка и поддержки со стороны семьи субъективная травматичность ситуации часто уменьшается. С нежеланным ребёнком ситуация иная: как правило, здесь возможны два сценария. Первый - прерывание беременности. Второй - рождение ребёнка при сохранении установки «он нежеланный», что нередко отражается на дальнейшем качестве отношений в семье и может приводить к неблагоприятным последствиям для ребёнка и семейной системы в целом.
Наблюдения психиатра Джулиуса Фогеля о психологической травме аборта
Наблюдения американского психиатра и врача-акушера Джулиуса Фогеля: «Для каждой женщины, независимо от ее возраста, воспитания или сексуального здоровья, прерывание беременности представляет собой психологическую травму и затрагивает основу человеческого бытия. Ребенок - это часть ее жизни. Убивая ребенка, она убивает часть себя, что не может пройти бесследно. Женщина вступает в борьбу с жизнью. И совсем неважно, верит ли она в то, что у плода есть душа или нет. Невозможно отрицать физически ощущаемый процесс создания живого существа…
Часто травма переходит на бессознательный уровень. Но нельзя считать аборт таким безобидным, каким его воспринимают многочисленные сторонники этой процедуры. Совершая аборт, женщина ставит под угрозу свое душевное спокойствие: платой за аборт может быть одиночество, отчужденность или притупление материнского инстинкта. Искусственное прерывание беременности обязательно вызывает какие-то изменения в глубоких слоях женского сознания. Заявляю это как психиатр».
Как клинический психолог, я готова подписаться под каждым словом.
Возраст не имеет значения: перинатальная потеря поднимается в любом периоде жизни
Возраст здесь мало что решает. С какой бы женщиной мы ни начали работу - в 25, 40 или 70 лет, - если в анамнезе есть тема перинатальной потери, она рано или поздно начинает подниматься. У меня, например, была целая череда клиенток 60-70 лет. Это уже тот период жизни, когда потери становятся частью реальности: уходят родственники, умирают близкие, меняется круг опоры. И на этом фоне часто всплывают и более ранние утраты - те, которые когда-то не были прожиты до конца или были вытеснены. Поэтому возраст женщины не является ограничением: важно не сколько ей лет, а есть ли в её истории такая потеря и как она была прожита.
Проявления постабортного синдрома: симптомы и их динамика
К возможным проявлениям постабортного синдрома относят, прежде всего, шок. Как и при любой тяжёлой психологической или физической травме, на раннем этапе может включаться защитный механизм эмоциональной анестезии: временное снижение чувствительности к боли. На телесном уровне это нередко переживается как оцепенение, замороженность, внутреннее онемение. Далее могут появляться скорбь и душевная боль, чувство вины, депрессивные состояния, а также повторные внезапные воспоминания о событии - по типу флешбэков, сходных с посттравматическими эпизодами. В ряде случаев наблюдаются эмоциональная отгороженность, страх материнства или отцовства, раздражительность и агрессия, а также искажённые или неадекватные реакции в отношении детей. К этому могут присоединяться кризис женской идентичности, трудности в сексуальной сфере, психосоматические симптомы. Возможны сложности в воспитании детей, суицидальные мысли, формирование различных зависимостей. Как осложнение также обсуждается влияние на течение последующих беременностей.
Динамика таких симптомов часто носит волнообразный характер: они могут ослабевать, а затем снова актуализироваться - по механизму, близкому к тому, как ведут себя посттравматические расстройства. При этом женщина не всегда связывает текущее состояние с фактом аборта в анамнезе. Более того, переживание подобной симптоматики не обязательно означает, что событие было в её личной истории напрямую: иногда сходные реакции могут быть обусловлены чужим опытом, который переживается как психологически значимый (например, в семейной системе).
Собирательный образ клиентки: как проявляется скрытая перинатальная потеря в отношениях
Приведу самый простой пример. Молодая женщина одновременно стремится к тёплым, близким, поддерживающим отношениям - и в то же время сталкивается с труднообъяснимым внутренним напряжением. Когда я уточняю, что она чувствует рядом с мужчиной, она отвечает неопределённо: «то ли страх, то ли недоверие». Появляются мысли: «вдруг обманет», «нельзя расслабиться», хотя рациональных оснований для этого она не видит, и сама не понимает, почему реагирует именно так. Так формируется внутренний конфликт: с одной стороны - выраженная потребность в близости, принятии и понимании; с другой - импульс отстраниться, изолироваться и выйти из контакта.
Как это выглядит в поведении
В поведении это выглядит довольно узнаваемо. На встречах с мужчиной она держится прохладно: комплименты принимает сухо, подарки может демонстративно не замечать, а любые проявления заботы обесценивает. Иногда включается язвительность: поддеть, съязвить. И при этом она сама понимает: именно так всё и рушится. Если спросить, чем она руководствуется, ответ будет не столько логический, сколько внутренний. Здесь хорошо работает метафора Николая Дмитриевича Линде, что автобус - это сознание, а водитель - бессознательное. Куда водитель повернул, туда автобус и поехал. В данном случае руль держит страх. С точки зрения её бессознательного безопаснее всего - одной, дома, в уединении. Поэтому она как будто автоматически делает всё, чтобы дистанцироваться и выйти из отношений, даже если сознательно хочет близости. Но на этом история не заканчивается. Потребность в контакте остаётся - и тогда включается второй механизм: внутренний критик. Начинается самобичевание: «я неблагодарная», «зря обидела», «так мне и надо», «не смогла удержать язык». Эмоциональный фон становится тяжёлым: досада, разочарование, одиночество, злость на себя и на судьбу и т.д. Часто её начинает накрывать: «как будто проваливаешься в глубину чувств, в эту тягучую пучину, которая долго держалась под контролем, а теперь прорывается». И тогда могут подниматься воспоминания.
Аборт, семейные установки или трансгенерационная травма
В истории этой женщины действительно может присутствовать опыт аборта. Но может и не быть. Похожие реакции нередко поддерживаются иррациональными семейными установками и посланиями, с которыми росла девочка: «только попробуй в подоле принести», «не смей дружить с мальчиками» и т.п. Такие фразы закрепляют связь между близостью, сексуальностью и угрозой, и позже могут запускать защитное дистанцирование в отношениях. Кроме того, в терапии встречаются трансгенерационные травмы, связанные с репродуктивной темой: потери детей у женщин в роду, либо смерть женщины во время родов. Разумеется, причины могут быть и другими - просто сегодня мы рассматриваем именно эту тему.
Продолжение: Часть 2 - Прощение себя после аборта: как работает психика и почему самопрощение становится камнем преткновения.
Курс "Эмоционально-образная терапия в работе с психосоматическими проблемами".
По материалам выступления Ольги Туезовой. Статья носит информационный характер и не является рекомендацией.