Почему мама в раннем опыте - «весь мир»
Психологически мать в младенческом опыте почти обожествлена. Для ребёнка мама - весь мир целиком, первая Вселенная, первая реальность, первое «божество». И отсюда вырастает простая, но упрямая вещь: отношения «мать - дитя» становятся базовой матрицей, по которой потом складываются отношения с людьми, с жизнью, с миром. Мама - первый представитель реальности, с которым ребёнок встречается всерьёз. Если она откликается на плач, заботится, выдерживает - ребёнок постепенно впитывает простое сообщение: мир добрый и отзывчивый. Если нет - обратное тоже работает.
Материнство - больше, чем уход: что именно нельзя полностью заменить
Хочу перевернуть привычное представление. Материнство - это не только набор функций по уходу. Уход может обеспечить кто угодно: отец, няня, бабушка, воспитатель. Но есть феномены материнства, которые не воспроизводятся «как функция» и не заменяются полностью другими отношениями.
Материнство - это эксклюзивный опыт, где один человек буквально отдаёт своё тело - и психику тоже - как строительный материал, чтобы из этого родилась свободная, автономная личность. Ни один другой вид человеческих отношений не стартует с того, что два существа делят одно тело, одну кровеносную систему, один гормональный фон. Это биология. Беременность - тотальный симбиоз. И медики признают его одной из самых «правильных» форм симбиоза: естественной, оправданной, имеющей право быть. Но психологически симбиоз не обрывается в момент перерезания пуповины. Ребёнок рождается физически - да. А вот психологическая сепарация будет происходить ещё много раз, слоями, этапами, иногда с откатами.
В младенчестве мать для ребёнка - не объект внешнего мира, она среда обитания.
Первичное материнское сосредоточение (Винникотт): что это простыми словами
Есть понятие, введённое британским психоаналитиком и педиатром Дональдом Винникоттом: первичное материнское сосредоточение (primary maternal preoccupation). Это особое состояние психики женщины, которое начинается незадолго до родов и длится первые недели, иногда месяцы после них.
В норме у взрослого человека границы достаточно ясные: вот я, вот другой. Но в этом состоянии мать временно как будто «распускает» часть своих границ, чтобы ощущать потребности младенца почти как свои. Мать становится сверхчувствительной к сигналам ребёнка. А ребёнок в это время тотально зависим: буквально смертельно. В руках матери - огромная власть над его жизнью: комфортом, безопасностью, выживанием.
Иллюзия всемогущества у младенца: зачем психике опыт «я сотворил грудь»
В диаде «младенец - мать» есть ещё одна тонкая, но решающая вещь. Младенец испытывает голод или тревогу - мать приносит грудь или утешение. И у ребёнка появляется иллюзия: будто он сам «создал грудь» в момент желания. Это критически важный опыт. Звучит странно? А на деле это психологическая прививка: ребёнку нужно пережить чувство абсолютного всемогущества, чтобы позже выдерживать реальность.
Три ключевые материнские функции: зеркало, контейнер, телесность
На раннем этапе мать выполняет несколько функций. Поговорим об основных.
1) Материнский взгляд как место рождения психики (мать как зеркало)
Ребёнок не рождается с готовым, собранным чувством собственного «Я». Ему жизненно нужно, чтобы его существование было кем-то засвидетельствовано - с любовью. Когда это происходит, ребёнок получает глубинное послание: «Я есть. Я хороший. Миру радостно, что я существую». Первое зеркало, в которое смотрится человек, - это лицо матери (или того, кто её заменяет, если мать погибла, исчезла, не смогла быть рядом). Младенец видит в маме не её, а её реакцию на себя. Если лицо матери светится радостью - ребёнок считывает: «Я есть, и я прекрасен». Так собирается базовое доверие и первичное ядро личности.
А если этой трансляции нет - потом приходят травмы, с которыми и работают терапевты.
2) Контейнирование: «переваривание» чувств ребёнка
Контейнирование - термин знакомый, но назову по-простому: мать поддерживает ребёнка не только физически, но и психически. Младенец не понимает, что такое голод или холод. Для него любой дискомфорт - это страх распада, ужас, угроза. Уникальная материнская функция: взять этот хаос, пропустить через себя - через запах, ритм сердца, голос - успокоить и вернуть ребёнку переживание уже другого качества: «Ты просто проголодался. Всё хорошо. Вот молоко».
Мать превращает хаос физиологической боли и психологического беспокойства в осмысленный психический опыт. Без этого устойчивое мышление не формируется - попросту не из чего.
3) Телесный «угол»: границы тела и психосоматика
Ещё одна важная вещь - телесный опыт: объятия, поглаживания, контакт, ритм. Через это ребёнок начинает ощущать границы своего тела, собирает психосоматическое единство, «входит» в своё тело как в дом. И параллельно мать показывает мир так, чтобы ребёнок мог постепенно чувствовать: «я существую» и «мир существует».
Как эти материнские функции соотносятся с «материнским инстинктом» мы рассмотрим в отдельной статье.
«Достаточно хорошая мать»: почему ошибки важнее идеальности
Примерно с полугода ребёнок постепенно осознаёт зависимость. И тут важный нюанс: если мать продолжит угадывать каждое желание идеально, она помешает развитию. Один из больших когнитивно важных этапов происходит именно там, где мать начинает постепенно и переносимо ошибаться. Не специально - просто к этому времени она уже не может «угадать всё». И Винникотт в своё время ввёл спасительный термин: «достаточно хорошая мать». Это мать, которая сначала максимально адаптируется к младенцу, а потом начинает ошибаться мягко и дозированно:
- чуть запаздывает с кормлением,
- не сразу угадывает причину плача,
- не мгновенно удовлетворяет желание.
Чтобы справиться с тревогой разлуки, ребёнок находит утешение в объекте - переходном: плюшевый мишка, край одеяла, соска. Это уже не «я», но ещё и не внешний мир полностью. Символ заботы, который можно контролировать. Здесь рождается игра, фантазия, будущая способность к культуре и творчеству.
Когда ребёнок «сдаётся»: выученная беспомощность и ранняя депривация
Часто в терапии выявляется история: ребёнка укладывали по методу доктора Спока и оставляли плакать одного. Снаружи выглядит удобно: поплакал - уснул. Но внутри это может быть не успокоился, а «сдался». Сначала ребёнок зовёт, он верит, что его услышат. Потом затихает. Потом плачет от отчаяния. А дальше приходит решение: «матери нет». И тогда может включится выученная беспомощность. Ребёнок учится оставаться один - но ценой внутреннего разрыва.
Ранняя сепарация: что значит «мать должна выжить»
Важный этап - ранний сепарационный выход: ребёнок формируется как отдельный субъект, который способен строить отношения с другими, признавая их автономность. Концепт сложный, психоаналитический, но мысль ясна: ребёнок в фантазиях и агрессивных вспышках «нападает» на мать, пытается её разрушить. И задача матери - выжить. То есть не разрушиться психически, не отвергнуть ребёнка, не впасть в депрессию, не отвечать зеркальной агрессией. И - важная фраза - не «обидеться» так, чтобы мать перестала быть родительской фигурой. Потому что если мать обиделась и «стала ребёнком», получается встреча двух детей. И такое, к сожалению, действительно часто видно в терапевтической работе.
По материалам выступления Анаит Галечян. Статья носит информационный характер, не заменяет консультацию специалиста и не является рекомендацией.